КОЛХИДСКАЯ ЖАБА - САМОЕ КРУПНОЕ И РЕДКОЕ ЗЕМНОВОДНОЕ РОССИИ

 В Сочинском национальном парке обитает множество удивительных созданий и жабы, скажем честно, не самые любимые среди посетителей парка. Однако, бугристая, тяжелая, медлительная жаба колхидская - наша редкость и гордость, которая, однозначно, заслуживает внимания и остро нуждается в защите. 

 Колхидская жаба (Bufo verrucosissimus) - вид бесхвостых земноводных из семейства жаб. Это самая крупная амфибия не только Краснодарского края и Адыгеи, но и России! Она включена в Красную книгу Краснодарского и Ставропольского краев, Республик Адыгеи и Карачаево-Черкесии, а также в Красную книгу РФ. 

Ареал / распространение

 Этот реликтовый (древний) эндемик преимущественно западной половины Кавказского экорегиона в России обитает в Краснодарском крае, Ставропольском крае, Республики Адыгея, Республики Карачаево-Черкессия. На севере и востоке ареал ограничен долиной реки Кубань. Изолированные популяции известны также из окрестностей Афипсипа и Псекупса.
 Также жабу колхидскую можно встретить в Грузии, северном Азербайджане, северо-восточной Турции, где ареал вида тянется по черноморскому склону Понтийского хребта до Трабзона.
 На Кавказе распространение ограничено областями с изотермой января -3°C и изогиетой (изолиния атмосферных осадков) 800 мм. Вертикальное распространение на южном макросклоне Западного Кавказа доходит до 1800 метров над уровнем моря, на северном - до 1200. 

Места обитания

 Жаба населяет влажные горные хвойные, смешанные или широколиственные леса, от пойменных ольшанников и ивняков до мертвопокровных букняков и, изредка, пихтарников, предпочитая влажные затененные участки.
 Жабы - сумеречно-ночные наземные животные, входящие в воду лишь во время брачного периода для откладывания икры. Суточная активность, начинаясь с наступлением сумерек, длится до 2 часов ночи. Неполовозрелые особи, придерживаясь захламленных влажных участков лесов, бывают активны и днем.

Активность с наступлением сумерек 

 Колхидским жабам присущ хоминг - привязанность к летнему индивидуальному участку, что выражается в стремлении и способности возвращаться к нему с расстояния в несколько сотен метров.
 Во время водного брачного периода многие жабы возвращаются к тому водоему, в котором они развивались головастиками. В результате можно наблюдать сезонные миграции, в которые вовлечено множество особей. Также амфибии способны различать запах воды своего и чужого водоемов. Один из возможных механизмов запоминания - импринтинг, то есть запечатление запаха родного водоема на ранних стадиях развития. В сенсорном обеспечении хоминга важную роль играет зрение, но у слепых амфибий устремление к месту нереста не нарушается. Если жабу перенести из водоема, в котором она родилась и выросла, в другой, она отправляется искать свой пруд и обычно находит, если находится не слишком далеко. Жабы возвращаются и упорно ищут воду даже в тех водоемах, которые пересохли или засыпаны, но в которых прежде они жили головастиками.
 Так же жабы привязаны к своим убежищам на суше, регулярно возвращаясь к ним после ночных походов. Но при достаточно выраженном хоминге, жабы способны осваивать и новые территории.
 Дневными убежищами для жаб являются различные пустоты под камнями, бревнами и пнями, норы других животных. Они могут самостоятельно закапываться во влажный грунт. Иногда можно встретить в пещерах. В качестве убежищ на зиму на суше жабы используют пустоты в почве, гнилые пни, корни деревьев, стога сена, неглубокие норы. Уходят туда, когда температура воздуха опускается ниже 6–8 C. Во время спячки амфибии дышат в основном кожей, их пульс замедляется.
 В границах глобального ареала сезон активности обычно длится с марта-апреля. В среднегорье жабы остаются активными до конца октября, в предгорьях - до декабря. 

Морфология – внешнее и внутреннее строение

 У жаб ярко выражен половой диморфизм, то есть различие во внешнем виде между полами. Самцы заметно мельче самок и достигают длины тела 65-96 мм. Зато самки бывают до 170 мм!
 Голова широкая и короткая, с округлым передним краем. Спина покрыта крупными округлыми бугорками. По цвету она серая или светло-коричневая с темными пятнами и более или менее развитыми продольно-прерванными полосами на паротидах, то есть крупных парных ядовитых железах за глазами.
 Колхидские жабы преимущественно ходят. Прыгать по-лягушачьи им не позволяет строение задних лапок и общие габариты. Однако, они способны к небольшим прыжкам, однократным или с большими паузами.
 Задние конечности лишь немного длиннее передних. Между основаниями пальцев задних лап имеются небольшие перепонки. Второй и третий пальцы задней лапки несут парные сочленовные бугорки. На внутреннем крае предплюсны (части стопы) отсутствует продольная кожная складка.
 Брюхо серое или желтоватое с мелкими бугорками. Резонаторы у самцов отсутствуют, но и самцы и самки производят пищащие звуки, особенно часто издаваемые во время сезона размножения.
 Головастики бархатно-черные со светло-коричневой плавниковой складкой перед метаморфозом (преобразованием во взрослую особь) достигают длины тела с хвостом до 29 мм. Губы у них выступают вперед и внешне напоминают присоску. Сеголетки (особи после метаморфоза), покидающие водоем, кофейно-бронзовые. Неполовозрелые особи - оранжевые с более светлыми и яркими охристо-желтыми паротидами чем взрослые, имеют длину 17-20 мм.
 Половозрелость наступает у самцов на втором, чаще на третьем году жизни, у самок - начиная с третьего года.
 Для увлажнения кожи предназначены кожные железы - чем суше окружающий воздух, тем сильнее они работают, выделяя новые порции влаги.   Рефлекторное выделение секрета кожных желез осуществляется свободно из их открытых протоков и увлажняет кожу жабы секретом в виде белой мыльной пены.
 Жабы, как и все земноводные, дополнительно используют кожное дыхание - способ газообмена, при котором кислород из окружающей среды поступает непосредственно через поверхность кожи, а углекислый газ выводится наружу. Это связано с тем, что легкие амфибий не имеют достаточно большой поверхности, чтобы полностью обеспечить ткани кислородом.
 Кожное дыхание осуществляется как в воде, так и на суше. Оно позволяет амфибиям долго находиться под водой без подъема на поверхность и дышать кислородом даже под землей, переживая зиму в диапаузе - в период временной приостановки развития и резкого замедления обмена веществ, помогающего пережить неблагоприятные условия.
 У всех жаб есть механизм выработки незамерзающей жидкости - своеобразного «антифриза», в состав которой входит глюкоза. Когда земноводные окоченевают, раствор глюкозы в тканях не образует кристаллы льда, которые могли бы привести к разрыву клеточных структур и гибели. Но в условиях теплых зим Сочинского причерноморья колхидские жабы не окоченевают и, вообще, могут не впадать в гибернацию (оцепенение). Активных представителей этих земноводных можно встретить в течение всей зимы.    

Питание

 Колхидская жаба, как и другие виды жаб, является хищником и питается исключительно мелкими беспозвоночными: насекомыми, червями, моллюсками, пауками, многоножками. Среди насекомых в рационе явно преобладают жесткокрылые - это жуки, главным образом, жужелицы и слоники. Также поедает муравьев, реже - ос, гусениц бабочек и двукрылых. Молодые жабята также преимущественно поедают муравьев и жуков, но могут питаться и бокоплавами. Головастики питаются детритом, а также оболочками икринок, водорослями, мелкими водными беспозвоночными, а иногда мертвыми головастиками и икрой, в том числе, других видов.
 В начале метаморфоза питание прекращается, возобновляясь ближе к его окончанию. Сеголетки после метаморфоза поедают в основном коллембол (ногохвосток), мелких жуков и муравьев.
 Жабы ловят свою быстро двигающуюся добычу клейким языком или запихивают пищу в рот передними конечностями. 

Половое поведение и размножение

 Сроки брачного периода колхидской жабы зависят от региона. В предгорьях он начинается в марте, в горах - в мае.
 Размножение происходит в воде при температуре 9,5-16 C. Место размножения - проточные водоемы: ручьи, мелкие реки, заводи крупных рек, озера, а в редких случаях - стоячие водоемы типа луж с грунтовой подпиткой.
 Активность в нерестовых водоемах длится круглосуточно.

Пара в амплексусе 

 Для колхидских жаб характерен амплексус, что с латинского означает «объятие». Это форма псевдокопуляции, наблюдаемая у амфибий. По сути она представляет собой внешнюю форму оплодотворения. Специалисты-герпетологи выделяют 7 типов амплексусов по положению самца относительно самки. У колхидских жаб - это аксиллярный (подмышечный) амплексус.
 Во время амплексуса самец обхватывает самку своими передними конечностями и, в то же время или с некоторой задержкой, оплодотворяет своей спермой икру, которую мечет самка.
 Формирование пар обычно происходит еще на суше. В брачный период у этого вида амфибий четко обозначена борьба самцов за самку. Но железная хватка амплексуса очень крепка - не всякий конкурент ее способен нарушить. Свободные самцы, встречая такие парочки, часами или даже целыми днями пытаются отделить самца от самки, что получается редко. В лабораторных экспериментах разлучники сумели разделить жаб лишь в 15% случаев. В экспериментах ученым, чтобы оторвать амплексирующего самца, понадобилась сила, эквивалентная массе, большей в 50 раз средней массы самцов.  Даже мелким кавалерам, как правило, удавалось удержаться на оседланных дамах. Для некрупных самцов заблаговременный амплексус тем более оправдан - это их единственный шанс выдержать конкуренцию с более крупными самцами.
 Брачный инстинкт самцов настолько мощный, что в ажиотаже они нередко хватают и прочно удерживают самцов и самок других видов, которые в это же время размножаются в тех же водоемах, например, малоазиатских лягушек. Такие нестандартные амплексусы с разными видами называются «гетероспецифичными».
 Так же под действием сильнейшего полового инстинкта жабы периодически образуют скопления из 4-9 самцов (бывает и больше!), которые удерживают одну самку - так называемые брачные комки или брачные шары. Это может приводить к гибели самки, которая тонет из-за отсутствия возможности дышать, так как кожного дыхания все-таки не достаточно.

Брачный комок

 У жаб бывают случаи некрофильного поведения - это взаимодействие между живыми самцами и мертвыми самками или самцами. Такое поведение у земноводных считается, как нормой, так и отклонением (девиацией), и очень плохо изучено в рамках репродуктивной экологии. Так, например, в случае гибели самки в брачном комке, самцы, не отпускали труп, а продолжали его сдавливать и ритмичными движениями передних и задних конечностей выдавливать икру, которую затем оплодотворяли. Также были наблюдения, в которых самец выбирал большую мертвую самку, видимо, чтобы избежать встречи с другими самцами.
 Исследователи пробовали собрать икру, оплодотворенную от нескольких погибших самок, и держали ее некоторое время. Оказалось, что менее половины икры оказалось вполне жизнеспособной и с развитыми эмбрионами. Но проблема самца, когда он хватает мертвую самку, в том, что он не может вместе с ней выплыть на поверхность, чтобы глотнуть воздуха. Инстинкт не позволяет ему прекратить объятия и он задыхается под водой.
 Сильные проявления брачного инстинкта делают жаб на столько не разборчивыми, что они пытаются совокупляться с бутылками, мусором, комками грязи и даже ботинками исследователей. В практике был случай, когда 3 самца дрались за ногу человека.
 Есть исследования, связывающие такие ошибки в половом поведении с тем, что по мере роста городов, трасс, возрастает уровень городского и другого шумов, из-за которого земноводные теряют нормальную возможность слышать сигналы друг друга. Известно, что жабы издают звуки - пищат (Davies & Halliday, 1979), протестуя против неправильного амплексуса: если это самец, то звук напоминает что-то вроде всхлипывания, а если самка, то попискивание. Если самец хватает другого самца и тот издает характерные звуки, то это приводит к потере интереса у нападающего, а вот ответ самки, особенно, если она еще не отметала икру, наоборот, заставляет его активнее ампликсировать. Кроме того, количество мусора после людей, так же провоцирует земноводных на ошибки в половом поведении.
 Нормальный правильный амплексус у колхидских жаб может длиться от нескольких часов до недели. В воде в это время они отказываются от пищи. 

Яйцекладка представлена прозрачными шнурами с 2-3 рядами темно-серых или черных икринок. Диаметр яйца без прозрачных оболочек составляет 1,9-2,5 мм. Длина икряных шнуров при диаметре 7-10 мм достигает 12 м (!), а количество икринок - до 9000  (!). Оплетение икряных шнуров вокруг подводных корней и коряг позволяет колхидским жабам использовать для нереста быстрые горные реки, практически непригодные для размножения других видов амфибий. Кладки располагаются на глубине от 20 до 70 см от поверхности, что помогает сохранять потомство во время весенних паводков.

Икра

 В природе скорость развития икры зависит от температуры воды: чем выше температура, тем быстрее идет развитие. В среднем, выход личинок, головастиков, длиной до 10 мм происходит на 4-7 день после откладки икры. Личинки имеют бархатисто-черный окрас с прозрачным хвостовым плавником, а на начальной стадии - наружные жабры. На ранних стадиях у личинок есть хорошо развитая брюшная присоска, которая не позволяет течению смывать их. Присоска с выделением специальной слизи расположена снизу около рта, через несколько дней щель рта по краям обрастает некоторым подобием клюва, который работает как кусачки, когда головастик питается.
 Полное развитие головастиков жаб длится 1-2,5 месяца. Сеголетки длиной 10 мм выходят на сушу в начале июля - конце августа. 

Ядовитость для самозащиты

 Ядовитый аппарат жаб представлен двумя типами желез.
 Наиболее многочисленные кожные железы разбросаны по всей спинной и части наружной поверхностей передних и задних конечностей жаб. Мелкие железы, расположенные в толще кожи, заключают по одной или несколько альвеолярных железок. Форма и величина их неодинаковые, что придает коже жаб бородавчатый вид.
 Парные крупные альвеолярные железы – паротиды, расположены позади глаз над лопатками. Паротиды лежат под кожей, с которой они плотно сращены своей верхней поверхностью. Нижней поверхностью они расположены на тонкой надлопаточной мышце. Снаружи эти железы одеты соединительнотканной оболочкой. В паротидах заложены простые мешковатые альвеолярные железы с небольшим коническим возвышением, на котором находится отверстие железы, открывающееся наружу. При обычных условиях выводной проток этих желез закрыт эпителиальной пробкой. Стенки альвеол состоят из герминативных (зародышевых) клеток. Секреторные клетки отделяются от герминального слоя и вытесняются в полость железы. Эти клетки, накопившиеся возле стенок альвеол, постепенно распадаются. В результате образуется гомогенный секрет, занимающий большую часть полости железы. Он токсичен и, в том числе, галлюциногенен. Каждая бобовидная паротида содержит до 0,07 г ядовитого секрета. Он давит изнутри на стенки и вызывает задержку дальнейшего развития клеточных элементов герминативного слоя. Сращенная с железой кожа не может растягиваться и благодаря этому давит на паротиду. Выделение яда осуществляется благодаря натяжению кожи. Только при нападении на жабу происходит сокращение мышечного аппарата, и ядовитая жидкость с силой выдавливается из паротид. После опорожнения железы слой получает резкий толчок к продуцированию секреторных клеток.
 Ядовитая жидкость содержит биологически активные вещества, включая буфогенины и его производное – буфотоксины, буфодиенолиды и их гомологи, по строению близкие к агликонам сердечных гликозидов – карденолидам. Буфодиенолиды, как и карденолиды, оказывают кардиостимулирующее действие, но, в отличие от растительных карденолидов, обладают большей активностью. Из ферментов в достоверных количествах обнаружена фосфолипаза-А2 , расщепляющая фосфолипиды. В составе яда присутствуют катехоламины, в частности адреналин и производные индола – триптамин и серотонин. В процессе сульфатирования и метилирования серотонина образуются соединения, обладающие психотропным и выраженным галлюциногенным действием – буфотенин и его соль буфотенидин, пероральный прием которых отмечался с целью получения наркотического эффекта. При приеме внутрь развивается клиническая картина. В связи с чрезвычайно горьким вкусом жидкости отмечаются гиперсаливация, тошнота, рвота. У пострадавшего развивается сердечная патология, повышается артериальное давление, возникает сердечная аритмия, брадикардия. Под воздействием буфотенина, обладающего выраженным галлюциногенным действием, развивается острый психоз. В тяжелых случаях отравления отмечаются коллапс, отек легких, фибрилляция желудочков, судороги, кома.
 На кожу человека яд жабы оказывает раздражающее действие. Попадание яда на слизистые оболочки, особенно глаз, вызывает сильное раздражение, боль, конъюнктивит. 
 Разные организмы не одинаково чувствительны к яду жаб. Так, по степени восприимчивости к нему всех животных разделяют на 3 группы:

• грызуны и зайцеобразные, отравление которых характеризуется расстройством кровообращения и дыхания, тоническими судорогами и параличом конечностей;
• собаки, у которых в первую очередь наблюдаются нарушения со стороны сердечно-сосудистой системы;
• амфибии и насекомые, для которых характерно развитие паралича задних конечностей и тетануса (длительное сокращение, судорога) передних.

 Помимо кожных желез, яд в большом количестве содержится в яичниках жаб, особенно высока его концентрация в период икрометания. 
 Токсичный секрет служит жабам для защиты от поедания хищниками - яд сразу же выдавливается к ним в пасть, вызывая жжение и рвоту. У самих жаб вещества, вырабатываемые в паротидах, играют важную роль при снижении физиологической активности организма (например, во время спячки). Так же защитой от хищников служит оборонительная поза – амфибия приподнимается на выпрямленных конечностях, периодически раздувает тело, шипит, толкает головой неприятеля. При нападении ужей жабы демонстрируют другую защитную тактику – они прижимаются к земле, максимально раздувая переднюю часть тела, становясь тем самым еще крупнее и не давая змее схватить ее своей пастью.

Численность, лимитирующие факторы и охрана 

 Несмотря на ядовитые кожные выделения и сумеречный образ жизни, колхидские жабы часто становятся добычей живущих нередко рядом с ними во влажных лесных биотопах желтопузика (Pseudopus apodus thracius) и ужей: У. колхидского (Natrix megalocephala) и У. водяного (Natrix lessellale). В рационе птиц жабы попадаются гораздо реже, чем лягушки. Их могут поедать: серая цапля (Ardea cinerea), малая выпь (Ixobrychus minutus), чёрный аист (Ciconia nigra). Из млекопитающих они минимально встречаются в рационе каменной (Martes foina) и лесной куниц (Martes matris), ласки (Mustela nivalis), выдры (Lutra lutra meridionalis), дикого кабана (Sus scrofa). Головастиков поедают рыбы, птицам, жуки-плавунцы и прочие водные обитатели.
 Но самый главный враг, серьезно угрожающий популяции колхидской жабы – аклиматизированный енот-полоскун (Procyon lotor), выедающий до 90-100% взрослых особей в местах размножения, и, в меньшей степени, другой завезенный вид – енотовидная собака (Nyctereutes procyonoides). На сегодняшний день численность енота-полоскуна постоянно увеличивается, из-за чего встречи с колхидской жабой стали носить единичный характер. Если не принимать срочные меры по регулированию численности енота, в ближайшие 20 лет жаба исчезнет из фауны Сочинского Причерноморья.
 Кроме того численность жаб сокращается в результате деградирования мест обитания, разрушения экосистем долин горных рек, например, из-за туризма, джипинга. Отрицательно повлияло строительствоо совмещенной автомобильной и железной дороги Адлер – Красная Поляна в долине реки Мзымта, строительство дороги в долине реки Шахе, трансформация ландшафтов на хребте Аибга.
 Загрязнение окружающей среды может нанести ущерб не только взрослым особям, но и потомству. Серьезной опасностью являются инсектициды, используемые фермерами. Кроме того, проблемой является дноуглубление рек, что приводит к уменьшению количества прудов.
Из болезней для колхидских жаб (и лягушек) свойственен паразитизм зеленой падальной мухи – люцилии.

Колхидская жаба – это не просто крупнейшее амфибия из всех земноводных России, а живой символ хрупкости экосистем, балансирующий на грани исчезновения. Это вид-индикатор благополучия и стабильности реликтовых колхидских лесов и всего уникального биоразнообразия Кавказских гор. Сохранив этот вид, мы спасем экосистему, в которой многие связи между ее отдельными частями абсолютно нам не заметны и не очевидны.

Любопытные факты про ядовитость жаб 

 Первая публикация об отравлении ядом жабы была сделана в 1889 году. Женщина из Италии схватила каминными щипцами жабу, которая случайно попала в ее дом. При этом прижатая щипцами жаба сильно брызнула секретом из паротид, и капли попали в глаза женщине. Моментально возникла болевая реакция, а затем развились конъюнктивит и кератит. 
 Токсические вещества, выделяемые из кожного секрета жаб, известны человечеству давно. Venenum Bufonis, также известный как chan su / чан су в традиционной китайской народной медицине, – это высушенные выделения паротид жаб. До сих пор изготовленные пластинки жабьего яда можно встретить на рынках Китая и Японии в качестве лекарственного средства. 
 До введения наперстянки в европейской народной медицине кожа жаб также широко применялась при лечении сердечной недостаточности. 
 Впервые из секрета кожных желез европейской жабы (зеленая или серая жабы) в 1902 году выделили два действующих начала: аморфный буфоталин и холестериноподобный буфонин. В 1913 году получили буфоталин в чистом виде, а в 1922 году – буфотоксин, при расщеплении которого образуется буфоталин, аргирин и пробковая кислота. В 1920 году из кожного секрета жабы выделили вещество, названное буфотенином, который оказался производным триптофана. Из секрета околушных желез тропической жабы выделили кристаллический буфагин. 
Нейротропные свойства токсических доз жабьего яда показаны на различных функциональных уровнях. Так, он блокирует передачу возбуждения в вегетативных ганглиях, нервно-мышечном соединении, а также синапсах центральной нервной системы. Очевидно, буфотоксины обладают холинергическим эффектом. При введении крысам буфалина у животных наблюдаются судороги на фоне увеличения содержания в мозге ацетилхолина. 
 Буфотоксин принадлежит к самым токсичным ядам жаб, он оказывает действие на сердце и в этом отношении сравним с растительными сердечными ядами: строфантином (гликозидом из семян произрастающих в Африке видов строфанта) и сцелларином (гликозидом морского лука). 
 Нативный яд – вязкая жидкость белого цвета. При высыхании на воздухе он превращается в тонкие пластинки желтовато-коричневого цвета, но не теряет при этом своей физиологической активности на протяжении многих лет. 

По своей химической природе яды жаб могут быть отнесены к нескольким группам соединений:

• производные индола (триптамин, серотонин, буфотенин). Буфотенин представляет собой алкалоидоподобное основание и обладает прессорным действием на артериальное давление (повышает его). Передозировка буфотенина ведет к развитию психических нарушений, близких к вызываемым известным галлюциногеном ЛСД. Психозы, вызванные этим веществом, могут длиться до трех часов. Так, при введении буфотенина обезьянам наблюдалось изменение поведения животных, которое можно рассматривать как галлюциногенный эффект. Обнаружено также сходство в действии этих веществ на электрическую активность мозга кошек;

• · кардиотонические стероиды, которые представлены в яде жаб свободными и связанными генинами (агликонами). Эти вещества близки по своему строению с агликонами сердечных гликозидов (наперстянки или ландыша). Действие этих веществ на сердце проявляется в уменьшении частоты пульса, усиление систолы, которые затем переходят в «сердечный перистальтизм» - фибрилляцию желудочков, которая сменяется остановкой сердца в фазе систолы. Токсическое действие кардитонических стероидов, по всей видимости, обусловлено ингибированием активности транспортной АТФ-азы. При этом стойко и необратимо повышается проницаемость мембран нервных и мышечных клеток для ионов натрия, что взывает изменение электрического потенциала клетки. Вместе с тем блокируется аксонный транспорт, и клетка больше не может передавать нервные импульсы. 

 В настоящее время токсины жаб довольно активно изучаются в научной медицине. Установлено, что минимальные дозы яда жаб способны приводить к гибели паразитических червей человека и животных. Некоторое время назад эти вещества применялись в ветеринарии в качестве антигельминтного средства. 
 Важным свойством яда жаб является стимулирующее действие на дыхание. В эксперименте введение жабьего яда животным позволяет восстановить дыхательные движения даже после полной остановки дыхания. 
 Положительные результаты были получены при использовании жабьего яда и его препаратов в экспериментальной терапии злокачественных опухолей. Введение яда в стимулирующих дозах вызвало полную гибель опухолей у 18-20% животных, задержку в росте саркомы-45 у других, а также общее увеличение продолжительности жизни. 
 В нетоксичных дозах яд жаб рода Bufo стимулирует дыхательные движения (способен восстановить их после прекращения), обладает антигельминтным, противошоковым, радиозащитным, противоопухолевым, нейро- и кардиотропными свойствами. Так, в частности, введение яда в определенных дозах предотвращает повреждение стенок кровеносных сосудов при лучевой болезни, тормозит развитие саркомы и увеличивает продолжительность жизни животных. Яд жаб может долго сохранять свои свойства – даже высушенный яд обладает активностью после 25-летнего хранения.
   

Фото: Наталья Елагина